Новая свадебная коллекция Valentin Yudashkin — про редкий баланс: когда форма не спорит с ощущением, а поддерживает его. Здесь выверенная архитектура силуэта соединяется с состоянием света, внутренней собранности и той самой хрупкости момента, которую хочется сохранить.
В нее вошли 14 образов — от графичных силуэтов «русалка» до объемных платьев с многослойными юбками, где декоративность подчинена конструкции, а каждая линия выверена до миллиметра.
Капсулу анонсировали всего несколько дней назад, и мы уже успели поговорить с ее дизайнером Анной Налич — о том, как сегодня звучит наследие Дома, какой она видит невесту Valentin Yudashkin и почему внутренняя архитектура платья становится ключевой.
«Для меня эта коллекция — о моменте, когда невеста ощущает хрупкость и внутреннюю силу одновременно. Нам было важно создать платья, которые не подавляют личность, а подчеркивают ее — через форму, цвет и движение», — отмечает креативный директор Дома Галина Юдашкина.
Valentin Yudashkin — один из редких российских модных Домов с сильным наследием и узнаваемым почерком. Работая над свадебной линией, где вы ищете баланс между продолжением этого наследия и своим собственным авторским взглядом?
Наша опора — это то, что всегда определяло Дом: выверенная конструкция, дисциплина силуэта и уважение к фигуре женщины. Наследие дает точку опоры, а современный ракурс — свободу: платья больше не «говорят за невесту», они поддерживают ее внутренний голос.
Баланс между наследием и собственным авторским взглядом основан на большом опыте, насмотренности и на запросе невест. Последнее очень важно. Работать с запросом мне невероятно интересно, потому что это подразумевает и свежесть идей, и свободу мысли, и попадание в тенденции. Важно найти то, что конкретной невесте подойдет. Времена меняются, меняются вкусы, поэтому работа с невестами держит в профессиональном тонусе.
Бренд всегда ассоциировался с очень точной, выверенной красотой и дисциплиной силуэта. Как вы сегодня переосмысляете эту эстетику, чтобы она оставалась актуальной?
Мы тщательно работаем с архивами, ведь мода циклична и тенденции повторяются каждые 10–12 лет.
Когда я вижу невесту, у меня сразу складывается ее образ. Сразу понимаю, что ей можно предложить.
Обилие тканей на рынке тоже помогает. Можно сделать платье легким, а можно, наоборот, утяжелить, когда того хочет невеста. В изделиях мы выстраиваем внутреннюю архитектуру платья отдельно от декоративного слоя: корсет держит линию, а ткань остается подвижной. Мы берем все самое лучшее, что успели наработать за годы жизни Дома, и адаптируем это под современный мир, который хочет меньше театральности.
Какая она — невеста Valentin Yudashkin сегодня?
Это современная женщина, в которой соединяются хрупкость момента и внутренняя собранность. Невеста Дома спокойна, уверена в себе, она выбирает платье как продолжение собственного характера, а не как маску. Ее образ очень целостный: она позволяет себе мечтательность, но опирается на внутренний компас.
Каждая невеста хочет оригинальности. Особое внимание мы уделяем концепции свадьбы. Мы говорим с агентствами, с организаторами, выясняем детали и стилистику мероприятия — ведь платье невесты должно быть созвучным обстановке.
В описании коллекции много архитектурной лексики: конструкция, внутренняя архитектура, дисциплина силуэта. Почему именно такой подход — почти архитектурный — оказался важным для этой bridal-линии?
Подход получился скорее текстурным и фактурным. В этой капсуле много разнообразных свадебных ансамблей, которые передают многообразие оттенков белого цвета и жемчуга. Свадебное платье всегда существует в моменте, который хочется зафиксировать. Фактуры и текстуры помогают сделать его осязаемым в форме.
Безусловно, архитектурность присуща нашему Дому, потому что мы умеем создавать сложные конструкции. Например, в этой капсуле у одного платья была волюта на бедре (элемент ионического ордера). Мы долго работали над ней и искали нужную тональность.
В платьях мы буквально строим внутренний каркас: корсеты, многослойные подъюбники, сетки и тюли разных оттенков, чтобы силуэт сохранял точность, а визуально казался легким. Такая «внутренняя архитектура» позволяет декоративным элементам — вышивке, аппликациям, жемчугу — не утяжелять платье, а поддерживать общую конструкцию.
Ткань в свадебном платье часто становится отправной точкой для силуэта. С какими материалами вы работали в этой коллекции и как вы их искали?
В основе коллекции — плотный шелк-сатин, итальянский дюшес, газар, шифоны и многослойные тюли, к которым добавляются редкие фактуры вроде раритетных пайеток «фарфорового» сияния. Важно было найти материалы, которые держат форму и одновременно позволяют создавать мягкий муаровый объем за счет наложения разных оттенков сеток и тюлей.
Гладкие поверхности корсетов соседствуют с кружевными аппликациями, вышивкой жемчугом и кристаллами, чтобы фактура звучала в унисон с конструкцией.
В одном из платьев мы буквально создавали ткань вручную: сначала вырезали элементы лазером, потом применяли их как аппликации. Вручную тщательно создавали фактуру цветов или драпировок. В другом платье мы вручную приклеивали перья на основу. Засыпка очень плотная на подоле и постепенно сходит на нет к лифу. Это была очень кропотливая работа, потому что каждый элемент клеился в разных направлениях и под разным углом, чтобы создать нужную текстуру.
Коллекция выполнена в сложной палитре белого — от фарфорового до сливочного. Почему для вас было важно работать именно с нюансами белого, а не с одним идеальным оттенком?
Мы все разные, и нам идут разные оттенки. Мы выстраивали палитру так, чтобы цвет не доминировал, а мягко подчеркивал кожу, черты лица, природное сияние женщины.
Я наблюдала за многоголосием белого вокруг: фарфор, белый мрамор, лист бумаги. У них у всех разные оттенки и фактуры. Например, лист акварельной бумаги похож на газар. Жемчуг помог раскрыть эту игру цвета, ведь его оттенки варьируются от сливочного до чисто белого. Так возникла идея многоликости белого цвета как отправной точки.
Если попробовать описать новую свадебную коллекцию Valentin Yudashkin не через форму и материалы, а через эмоцию и состояние — каким оно будет?
Ощущение света вокруг. И замирание в предвкушении чего-то невероятного.
