@nicolaannepeltzbeckham, @victoriabeckham
В семье Бекхэмов снова неспокойно. Старший сын Бруклин, замешанный в публичном конфликте с Дэвидом и Викторией, впервые пролил свет на ситуацию с родителями. Напомним, что ссора тянется еще со времен свадьбы Николы и Бруклина, которая состоялась в 2022 году. В своем аккаунте в запрещенной сети Бекхэм утверждает, что он решил высказаться из-за лжи, которая распространяется прессой благодаря родителям. По его словам, Виктория и Дэвид долгое время пытались контролировать его жизнь и публичный образ, а также выступали против его брака и унижали Николу. Полный текст того, как Бруклин прокомментировал ситуацию — ниже.
«Годами я молчал и делал все, чтобы личные проблемы оставались личными, но мои родители и их люди продолжают болтать с прессой. Поэтому мне не остается ничего другого, кроме как рассказать правду, хотя бы о части того вранья, что напечатали. Я не собираюсь мириться с семьей. Я не под чьим-то каблуком и впервые в жизни стою за себя. Всю жизнь родители руководили тем, что пишут в прессе про нашу семью. Все эти напыщенные посты, семейные вечеринки, фальшивые отношения — это встроено в мою жизнь с самого рождения. Недавно я собственными глазами увидел, как далеко они могут зайти, размещая кучу вранья в СМИ за счет ни в чем не виновных людей. Но я верю, что восторжествует правда.
Родители постоянно пытались разрушить мой брак и до свадьбы, и после. Мама отказалась шить платье для Николы в последний момент, хотя та его так ждала. Пришлось срочно искать другое. За несколько недель до свадьбы родители давили на меня, чтобы я отказался от прав на свое имя. В ущерб мне, жене, нашим будущим детям. Они требовали подписать бумаги именно до свадьбы. Я отказался — мне этого не простили.
Во время подготовки к свадьбе мама дошла до того, что назвала меня «злодеем» только за то, что мы с Николой пригласили наших бабушек, у которых нет мужей, за наш стол, а не за столы наших родителей рядом. Накануне свадьбы родственники сообщили мне, что Никола — «не наша кровь» и «не наша семья». Я стал защищаться, и мне посыпались нескончаемые атаки и в личку, и публично, через прессу по приказу родителей. Даже братья нападали на меня по их указке в соцсетях, пока не заблокировали меня летом.
Мама испортила мой первый танец с женой. Мы месяц репетировали выход под красивую романтичную песню, но на свадьбе перед полсотней гостей Марк Энтони позвал меня на сцену якобы для этого танца, а на сцене уже ждала меня мама. Танцевала она со мной совершенно неприлично, при всех. Меня в жизни так не унижали. Мы захотели новые воспоминания о свадьбе — радостные, счастливые, а не полные стыда и тревоги, поэтому снова обменялись клятвами в августе.
Мою жену в семье унижали, несмотря на все наши попытки наладить отношения. Мама постоянно приглашала моих бывших, очевидно, ко всеобщей неловкости. Несмотря на это, мы все равно съездили в Лондон на день рождения отца, и неделю они нас игнорировали. Мы сидели в номере отеля, пытаясь подобрать время, чтобы с ним встретиться и хорошо провести время. Он отказывался от всех предложений — только большая вечеринка с сотней гостей и фотографами повсюду. Когда он, наконец, согласился меня видеть, то поставил условие, что не будет Николы. Это пощечина. А когда моя семья была в Лос-Анджелесе, они вообще нам не отвечали.
Пиар — главная ценность моей семьи. В детстве мне талдычили: «Поспеши на показ, сфотографируйся, выложи в сеть». Раскрутка бренда Бекхэм — это главное. «Любовь» измеряется тем, насколько часто ты постишь фотки и как быстро бросишь все, чтобы прибежать позировать на общей фотке, пусть и в ущерб работе. Мы ездили туда-сюда, на каждый показ, вечеринку, мероприятие. Все ради нашей «идеальной» семьи. А когда жена единожды попросила у мамы помощь — поддержать собак, оказавшихся без дома после пожаров в Лос-Анджелесе — она отказала.
Это полная чушь, что жена якобы меня контролирует. Мной всю жизнь помыкали родители. Я вырос с такой тревожностью, что просто задыхался и только когда дистанцировался от семьи, тревога исчезла. Я просыпаюсь каждое утро и благодарен за жизнь, которую выбрал. Обрел спокойствие.
Мы с женой не хотим жизнь, слепленную из фотографий, статей в прессе и манипуляций. Нам нужны только спокойствие, приватность и счастье. Для нас и для нашей будущей семьи».
