Стас Зубков — один из лучших ведущих Москвы, юморист, бесконечный генератор энергии и просто интересный человек. Чем ни повод для интервью? Мы встретились со Стасом, чтобы познакомить вас с ним поближе. Поговорили о сезоне 2024, эволюции свадебной индустрии и качествах классного ведущего.
Расскажи, как прошел сезон 2024.
Он еще не прошел. Каким-то волшебным образом сезон для меня стартанул в марте и все еще продолжается. Не знаю, что такого хорошего я сделал, но работа идет — в том числе, и съемки. Но уже сейчас могу сказать, что этот сезон оказался более расслабленным, чем предыдущие (но не в том смысле, что расслабился я). Организаторы просто звонят мне и говорят: «Стас, бронируй дату, мы работаем», без тысяч согласований и кастингов. Понимаю, что мне доверяют, и это очень приятно.
Как в целом изменилась свадебная индустрия с момента, как ты начал работать?
Знаешь, что интересно? Свадебная индустрия словно закольцевалась. Когда я начинал 20 лет назад в Кургане и Тюмени, были популярны конкурсы вроде «Кто в семье главный?» и «Я — не я», где молодожены голосовали. Тогда не было ни рилсов, ни шортсов, чтобы сделать это модным. Все доносили ведущие. Со временем эти конкурсы стали казаться зашкваром, и лет семь-восемь назад я перестал их проводить. Но потом вдруг вернулась мода на пирамиды из шампанского с жидким азотом (это же было популярно 15 лет назад!). Так что, развлекательная и интерактивная часть снова возвращается на круги своя. Я не удивлюсь, если скоро мы увидим возвращение «бабы-стола», когда женщина в костюме с бокалами на юбке предлагает гостям напитки.
Что было самым сложным в начале твоего пути?
Все! Я был как слепой котенок — шел на ощупь. Сейчас существует миллион образовательных курсов, и некоторые из них действительно очень хорошие. Тогда этого не было. Учились по книжкам или дискам. Нужно было найти свой стиль: быть конферансье или веселым **** [балагуром]. Самое страшное было подойти к гостю и начать с ним говорить. А самое сложное — не опустить руки после двух-трех неудачных мероприятий.
Какие качества помогли тебе пройти этот путь?
Главное — это желание. Всегда была тяга к сцене и самореализации. Я хотел смешить и веселить людей, и до сих пор этого хочу. Да, бывают мероприятия, где веселить не нужно, но это тоже интересный эксперимент. Помню, как однажды в Кургане я стоял в культурном центре «Академия», смотрел на сцену и думал: «Однажды я тоже буду здесь». И я там был!
Какие черты характера помогают ведущему быть успешным?
Просто действуй. Если ты адекватен и готов меняться, как это было у меня, то успех придет. Успех — это желание, умноженное на упорство и умение договариваться.
Как ты опишешь свой юмор?
Добрый, приятный юмор, за который не стыдно.
Что тебя вдохновляет?
Меня вдохновляют молодожены и гости на свадьбах, которые пришли полностью отдаться кайфу, а не критиковать, как снобы. Когда есть адекватный контакт и доверие к ведущему, это меня зажигает. Я до сих пор люблю сравнивать ведущих с врачами: если к нам, с нашим 20-летним опытом, приходят клиенты и спрашивают, как лучше провести мероприятие, мы подбираем идеальный рецепт, учитывая их пожелания и возможные «аллергические» реакции. Но когда нас начинают учить, как «лечить», — ничего хорошего из этого не выйдет. Я могу согласиться на такой формат, но в этом случае вся ответственность ложится на клиента.
Если чувствуешь, что контакта с публикой нет, как ты действуешь?
Я просто даю им то, что они хотят. Не трогаю без надобности, но продолжаю ненавязчиво направлять вечер, где-то легко, тонко шучу. Могу спросить: «Друзья, как вы сегодня хотите отдыхать?» Обычно они отвечают честно. Или попросить: «Кто хочет участвовать — поаплодируйте». В этот момент гости понимают, что им не нужно сидеть в напряге. И атмосфера меняется.
На какую свадьбу ты бы сам себя пригласил?
На ту, где есть атмосфера. Где люди точно знают, кого пригласили. И все хотят отдохнуть. Я бы с удовольствием поехал к своим друзьям в Курган на свадьбу. Мне важен не какой-то невероятный люкс, а эмоции.
Что современные пары больше всего ценят в ведущем?
Человечность. Чтобы ведущий был не просто говорящей головой со знанием английского, а мог спокойно посидеть с ними, покурить кальян и посмеяться.
Какими нововведениями пользуются ведущие в своей работе сейчас?
Все фишки, приколы, конкурсы и нововведения мы, ведущие, используем для того, чтобы вызвать у людей эмоции — чтобы они смеялись, вовлекались в процесс и получали заряд энергии. Если я могу достичь всего того же через коммуникацию, без танцев с бубном, — то они и не нужны. Сейчас главный тренд — не какие-то особые интерактивы, а возможность создавать эмоции через простое общение. Я сам к этому стремлюсь. Не скажу, что на 100% освоил это, — экран нам, конечно, очень помогает.
Расскажи, бывают ли у тебя упадок энергии? Как ты из этого выходишь?
У меня есть правило трех «С»: спорт, сон и секс. Но главное — чтобы меня хотя бы один день никто не трогал. После этого все — погнали, движуха. Не могу долго сидеть на месте. То есть, если это отдых, то точно не на пляже: мне нужно все время что-то смотреть, куда-то идти и быть вовлеченным во весь этот процесс.
Как ты обычно оцениваешь свои выступления?
Когда заходишь за кулисы, и организаторы, фотографы, видеографы... говорят: «Вот это было хорошо сейчас», понимаешь, что сделал что-то классное. Бывает, скажешь что-то, и вся команда звукорежиссеров начинает смеяться в голос у тебя в наушнике. И это несмотря на то, что они видели уже миллион подобных моментов. Это очень ценно.
Кем ты мечтал стать в детстве?
Почему-то всегда мечтал стать хирургом. Но с детского сада выступал на сцене. Все изменилось в один момент, когда меня поймала учительница и предложила создать команду КВН. Она попала в точку — я понял, что хочу на сцену. С тех пор я планомерно к ней шел, все мои работы — официант, судья по хоккею, бармен, диджей, МС — так или иначе, тоже были сценой, потому что я общался с людьми, веселил их и получал удовольствие от этого.
Был ли переломный момент, когда ты понял, что добился успеха?
Да, когда меня пригласили ведущим в то самое место, где раньше я работал барменом и откуда меня уволили с позором (якобы за кражу, которой я не совершал). Я тогда подумал: «Выкусили, значит, я все делаю правильно».
Какая твоя самая большая боль в роли ведущего?
Самая большая боль — это неумение планировать отдых с семьей и близкими. Но в последнее время я научился с ней справляться. Раньше я был как загнанный волк — все время в бегах, зная, что только ноги прокормят. А сейчас, бывает, отказываюсь от проектов, чтобы провести время с сыном.
А в профессиональном плане?
Скажу так: когда фотографам и видеографам случайно повезет с идеальным светом по всему залу, декораторы расставят столы так, что всем гостям все будет видно, а звук не будет летать эхом по залу — тогда, как в фильмах Marvel, мир ивентов закончится. Но мы еще далеки от этого. Нет идеальных мероприятий. Приходишь на камерную свадьбу для 30 человек — а там зал с 12-метровыми потолками, столы расставлены по разным углам, а между ними еще и невероятные канделябры. Как тут коммуницировать? Но тебе говорят: «Стас, ну ты же справишься?» Ты справляешься, тебя хвалят, но ты уходишь с мыслью: «Могло быть еще лучше». Такая боль есть у всех в нашей индустрии. Это наша общая работа, и когда что-то не получается, это всегда неприятно.
Есть ли у тебя райдер?
Ничего особенного. В гримерке достаточно двух салатов. Если есть отдельная гримерка — отлично. Если нет — пусть поставят мой стол так, чтобы никто не прошел и не съел мои салаты.
Какая твоя большая мечта?
Мне очень понравилась мысль, которую однажды высказал мой друг, режиссер Антон Морозенко (мы, кстати, из одного города). Он сказал, что его мечта — снять фильм, который будут включать каждый Новый год, как «Иронию судьбы». И он снял «Холопа» — отличный фильм, который действительно хочется пересматривать. Я мечтаю сделать что-то подобное, что-то, что будут вспоминать долгое время. Пока еще, наверное, я не осознал, что именно, но это то, к чему стремлюсь.
